На наводнении в Аткарске были жертвы?

Чиновники забыли про смерть Николая Трунькова

Несмотря на неудачу с губернатором Аяцковым, работа по уголовным делам, связанным с деятельностью местной исполнительной власти, продолжается. В производстве облпрокуратуры находится дело, возбужденное по итогам мартовского паводка в Аткарском районе. Наш корреспондент отыскал к этому расследованию интересное добавление.

Великий потоп

Вкратце напомним, о чем идет речь. В начале нынешней весны Аткарск утонул. Не в переносном, а в самом что ни на есть буквальном смысле. Неделя с 29 февраля по 6 марта стала для жителей маленького провинциального городка настоящим кошмаром. Город стоит на реке Аткаре. С первым днем весны вода в ней начала стремительно подниматься и в считанные часы заполнила несколько кварталов. По официальным данным ГО и ЧС, в зоне затопления оказались более тысячи домов, в которых проживали три тысячи человек. «Зона затопления» — скупая казенная формулировка не дает почти никакого представления о том, что на самом деле происходило в Аткарске.

Выразимся попонятнее: если ваши квадратные метры находятся в «зоне», это значит, что им пришла хана, а вам, как жильцу, грозит переселение под открытое небо. Потому, что находиться в квартире, в которой от спальни до туалета можно добраться не иначе, как на резиновой лодке, согласитесь, невозможно.

И более того – опасно. Случаи смертей, когда люди в Аткарске куда-то «не доплывали», барахтаясь в грязных потоках, уже были, и не единожды. Сам же паводок со всеми вытекающими (извините за каламбур) ужасными подробностями повторился в шестой раз. Впервые аткарчанам пришлось пережить «великий потоп» в 1994 году, потом в 1996, затем в 1998, 1999, 2003 и вот теперь, в 2004-м.  И вот что особенно любопытно: беда приходит в дома словно по расписанию, все знают, отчего и почему это происходит, а реальных действий, чтобы все это безобразие прекратить, не предпринимается. Как тонули (намеренно пишем это слово без кавычек) десять лет назад люди, так и продолжают тонуть сейчас.

Видимо, этим же вопросом озадачились прокуроры, когда почти одновременно с нынешним наводнением (5 марта 2004) возбудили уголовное дело по статье 293 УК   «Халатность». Не в отношении конкретных людей, а, для начала, «по факту бездействия» неких должностных лиц из администрации местного, Аткарского, муниципального образования.

Сейчас этот материал находится в отделе по расследованию особо важных дел прокуратуры Саратовской области. Именно про него, в числе многих других расследований, упомянул прокурор Анатолий Бондар, когда на специальном брифинге «громил» всю губернскую власть во главе с Дмитрием Аяцковым. Аяцков, правда, временно избежал неприятностей.  Но дело-то осталось. И пусть «фигуранты» по нему куда мельче «всенародно любимого губернатора», это обстоятельство не должно никого печалить. У Аткарского расследования есть, как выражаются следственные работники, «неплохие перспективы». А на наш взгляд, ему не хватает только одной детали: упоминания о человеческих жертвах, которых в этом году, согласно официальным заявлениям, на паводке не было. Впрочем, мы-то знаем, какая пропасть лежит иногда между тем, что говорится официально, и тем, что было в действительности…

Оправдания Юрия Кошелева

Не успело начаться следствие по фактам бездействия должностных лиц в связи с наводнением, как глава Аткарска Юрий Кошелев тут же дал публичную отповедь прокурорам. Цитируем по газете «Саратовские вести»: «Как сообщил Ю.Кошелев… с того дня, как на местных реках (имеются в виду Аткара и Медведица. – Авт.) начался резкий подъем воды, все службы были задействованы… Когда началось затопление города, организовали эвакуацию людей… Главным итогом глава администрации считает, что удалось обойтись без жертв…»

Совсем недавно, в телефонном разговоре с нашей редакцией, Юрий Павлович повторил то же самое: «Жертв не было! Мне о них никто не докладывал! Хотя я, как глава администрации, обязан об этом знать…»

Однако, мало ли что не скажет чиновник, хозяйство которого сейчас очень тщательно изучают правоохранительные органы… Мы посчитали необходимым проверить утверждение районного главы и выехали в Аткарск. Результат поездки оказался весьма интересным.

Ниже ватерлинии

Город г-на Кошелева – олицетворение нынешней российской реальности. У нас ведь как – где густо, а где пусто. Где счастье до краев, а где, извините, дерьма по уши. Так и Аткарск. Он стоит на холмах. И, безусловно, счастливы те аткарчане, что живут на возвышенностях – ежегодные потопы их почти не касаются. Ну а те, коим выпала тяжкая доля проживать в низине… У них — совершенно другая жизнь. Как выражаются моряки, ниже «ватерлинии». Что значит – очень плохая.

Здание Аткарской администрации как раз стоит на холме. А частный дом Николая Трунькова, 1956 г.р. – в километре от него, почти у реки. Это обстоятельство, возможно, и стоило хозяину жизни. По крайней мере, именно так считают соседи покойного.

Владимир Деркач:

- Я живу с Николаем, что называется, «стенка в стенку». Часть деревянной хибары (по другому это строение нельзя назвать) по улице Юрия Гагарина, 73, я приобрел несколько лет назад всего… за 8 тысяч рублей. Почему такая смешная цена? Да кто купит дом, который каждую весну заливает чуть ли не по крышу? А у меня с женой ситуация была такая – или сюда, или на улицу. Вот и «раскошелились». Я еще считаю, что за жилье мы переплатили. Потому что после каждого наводнения в него приходится вкладывать сумасшедшие, по моим понятиям, деньги. Когда 5, а когда и 10 тысяч рублей. Вот и сейчас заново оштукатурил стены, которые почти полностью обвалились изнутри после того, как по ним прошлась вода… Николай Труньков занимал вторую половину дома. У него – такие же проблемы, как и у меня. Жил от паводка до паводка. Ну и еще от рюмки до рюмки, потому что очень выпить любил…

Про покойных не принято говорить плохо. Однако, ради объективности, заметим: все сказанное – чистая правда. Труньков давно уже нигде не работал. Средства к пропитанию добывал собиранием пустых бутылок. Существовал тихо. Никому ни пользы, ни особого вреда не приносил. Может быть, поэтому о нем и вспомнили только после схода опасной воды, когда, увы, уже было поздно…

Галина Макеева, жена Владимира Деркача:

- Для нас последний паводок начался первого марта. Накануне с ближайшими соседями мы организовали круглосуточное дежурство, чтобы не «проспать» тот момент, когда вода начнет подниматься. Однако все равно «проспали». Все происходило стремительно. Местность вокруг нашего дома начала превращаться в мутную жижу прямо на глазах. Мы с мужем еле-еле успели покинуть дом, не смогли даже вытащить пожитки, как все уже затопило. Вода в считанные часы залила его по окна. Дня три жили у знакомых, пытаясь выяснить, что из вещей уцелело, а что придется выбросить. Я возвращалась домой, кажется, числа четвертого или пятого, надев прорезиненный комбинезон, который выпросила в администрации. Во время этого «заплыва» заметила, что дверь, через которую Труньков обычно заходит в свою половину дома, чуть приоткрыта, а внутри – тишина. Но я тогда не придала этому значения и не стала выяснять, где сосед – своих забот по горло. А шестого, окончательно возвратившись на место бедствия, я увидела, что по нашей улице ходят милиционеры. Я спросила: «Чего вы здесь ходите? Что случилось?» А они мне: «Сосед ваш умер. Сможете его опознать?» Все вместе мы зашли в дом. Труньков лежал на полу одной из комнат, головой к двери. Он был одет в рубашку и брюки. На ногах у него были резиновые сапоги. Глаза открыты. Я попыталась рассмотреть его повнимательнее и отшатнулась. Его руки были очень страшные. Кожа на них сильно съежилась, словно была обожжена. Я спросила у милиции, отчего так произошло. Мне ответили: «Потому что в воде лежал долго». Больше я ничего не спрашивала и постаралась скорее уйти к себе, потому что мне стало дурно. А Трунькова потом увезли в морг. Позже мой муж слышал от знакомых, что судмедэксперт при вскрытии обнаружил в легких нашел много воды. Якобы он утонул…

Тут мы немного прервемся и отметим одну деталь. «Страшные», «съежившиеся» руки – действительно, характерная примета утопленников. Медики называют это явление «эффектом перчаток». Когда труп долго находится в воде, кожа на его конечностях отстает от мышц и может даже слезть совсем, если тело неосторожно поднять или стронуть с места.

Тайна экспертизы

Однако важная «примета» так и остается «приметой» до тех пор, пока не будет произведено вскрытие и патологоанатом не подпишет важный документ, заключение, в котором, собственно, и указывается, отчего умер человек: от утопления или чего-то еще, с водой совершенно не связанного. Например от отравления алкоголем. В случае с «тихим пьяницей» Труньковым такой вариант совершенно не исключен.

Как нам удалось выяснить, телом Николая Трунькова 6-го  марта занимался лично заведующий Аткарским межрайонным отделением БСМЭ Аркадий Демин. Однако, по неизвестным причинам, Аркадий Ильич отказался раскрыть тайну смерти Николая Трунькова нашему корреспонденту.

- Человека нашли в собственном доме после схода воды. Но точно не известно, отчего он умер. Может быть, расскажете? Вы уж это знаете лучше всех…

- Я-то знаю. Но вам не скажу ни в коем случае. Все данные по исследованию трупа я отдал в прокуратуру. У них и спрашивайте. Ответят, если захотят…

Мы также попытались выяснить причину смерти Трунькова, переговорив с его родственниками, но безуспешно. Родная сестра Николая, Нина, любит выпить еще почище, чем брат. Ее дом (кстати, тоже находится у реки) – вопиющая иллюстрация жизни «ниже ватерлинии». Полуразвалившийся, ни одного целого стекла в окнах, которые заткнуты от холода каким-то тряпками. Тело брата из морга она не забирала, даже где его похоронили, толком не знает. Причиной его смерти, естественно, тоже не интересовалась. Она уже ни на что не надеется и ничего не ждет от этой жизни…

Свидетельство о смерти Трунькова за № 747883, которое нам показали в похоронном бюро «Идивидуальное предприятие Андрея Полкова» (оно занималось погребением), тоже не содержит ответа на главный вопрос. В свидетельствах нового образца больше не пишут официальную причину смерти. Только дату. В данном случае – 5 марта 2004 года. Последний день «высокой воды».

«Не бойся, Борисыч!»

Поэтому нам пришлось довольствоваться только еще одним рассказом свидетеля ужасной смерти, Бориса Мурнина (живет также на улице Гагарина, в соседнем доме).

- Трунькова я видел незадолго до паводка. А после узнал, что он мертв.

- Говорят, что жертв паводка не было…

- Как не было?! Он же утонул!

Борис Дмитриевич – человек совершенно разумный и в округе очень уважаемый. 36 лет проработал директором местной школы. Лишнего слова зря не скажет. Но даже и он в сердцах костерил местную власть за то, что по ее прихоти его дом каждый год превращается в плавательный бассейн.

- На этот раз вода дошла до второго этажа! А накануне я ходил в противопаводковую комиссию и просил помочь чем-нибудь, предотвратить беду. Но мне сказали: «Не бойся, Борисыч! В этот год ничего не будет! Прогноз погоды хороший…» И ласково проводили до дверей.

На бумажке «Борисыч» начертил нехитрый план, как спасти район, в котором живет, от следующего паводка.

- Насыпать землю тут и тут, прорыть канал здесь… Разве на это надо много денег? Возьмите этот листок себе, покажите в Саратове.

Листок мы взяли. Хотя, на наш взгляд, лучше его показать районному главе Кошелеву.

Последний телефонный звонок, которым мы пытались прояснить историю со смертью Николая Трунькова, был в Аткарскую межрайонную прокуратуру – заместителю прокурора Сергею Вавилкину.

- Материал по Трунькову ушел «в область». У них спросите.

«Область» в лице начальника отдела по расследованию особо важных дел облпрокуратуры Дмитрия Петряйкина и старшего помощника прокурора области Нины Геллерт отказалась комментировать ситуацию.

– Не будем спешить, пока ведется следствие. Хотя информация о ваших исканиях нас очень заинтересовала…

Подождем окончательных выводов следователя.

Станислав ГРИГОРЬЕВ

Врезка:

В разговоре с редакцией Юрий Кошелев заявил: «Жертв не было! Мне о них никто не докладывал! Хотя я, как глава администрации, обязан об этом знать…»

Еще врезка:

«Я попыталась рассмотреть труп повнимательнее и отшатнулась. Его руки были очень страшные. Кожа на них сильно съежилась, словно была обожжена. Я спросила у милиционеров, отчего так произошло. Мне ответили: «Потому что в воде лежал долго».